Центр Алексея Герваша «Летаем без страха» –
эффективное лечение аэрофобии. Специализируемся на изучении и устранении страха полета с 2008 года.

СМИ о нас

Корзина

В корзине нет товаров

Отпуск важнее - ВЕДОМОСТИ.ПЯТНИЦА

Я боюсь летать, потому что не могу контролировать ситуацию в самолете и не могу выйти. Ведь в машине я всегда могу попросить водителя остановиться, — капризно растягивая слова, говорит девушка в меховом жилете.

— А зачем вам останавливаться? — перебивает ее Алексей Герваш, директор единственного в России специализированного центра по лечению аэрофобии «Летаем без страха». — Если вы летите на Мальдивы, зачем вам выходить в Хабаровске? Вы боитесь, что не контролируете пилота?

— Я боюсь, что завишу от чужого человека и что он что-нибудь сделает с моей жизнью.

— А вы не боитесь, что кто-то сделает что-то с вашей жизнью на земле? Нет? Думаете, это делает ваше нахождение на земле без­опасным? — в помещении школы «Летаем без страха» повисает тишина. Пришедшие на групповой курс по лечению аэрофобии напряженно смотрят на Алексея. Кажется, в споре они — на стороне девушки.

Цель оправдывает транспортное средство

Согласно исследованию, проведенному голландским VALK Foundation, от 20 до 40% взрослых пассажиров страдают аэрофобией (данные приведены на сайте www.valk.org). Ее причиной может стать что угодно — от уже существующей боязни высоты или замкнутого пространства до пережитого сильного стресса.

Как считает завкафедрой нейро- и патопсихологии Института психологии им. Л. С. Выготского профессор Андрей Жиляев, аэрофобия основана на существующем у всех людей врожденном страхе оказаться в обстоятельст­вах, которые человек не может контролировать. «В том, что страдают аэрофобией, признаются не больше 5-7 процентов мужчин и 10 процентов женщин, — утверждает Андрей Жиляев, — но ее симптомы — изменение пульса, давления, неосознанное напряжение — в полете проявляются у 40 процентов пассажиров».

Количество тех, кто отказывается от перелетов из-за страха, велико настолько, что наносит экономический ущерб отрасли; в Европе и США лечением этих фобий, как правило, занимаются авиакомпании и аэропорты. Так, VALK Foundation, созданный авиакомпанией KLM, Лейденским университетом и амстердамским аэропортом Схипхол, с 1989 года занимается научными исследованиями и лечением аэрофобии. В аэропорту американского города Финикс проводятся бесплатные двухчасовые семинары, на которых пилот Рон Нильсен рассказывает об устройстве самолета и процессе полета. А при австралийской Qantas Airways с 1979 года работает фонд Fearless Flyers, который проводит для своих подопечных тренинги и туры по диспетчерским и служебным помещениям аэропортов Мельбурна и Сиднея.

В России тренинги для пассажиров не предлагает ни одна из опрошенных «Пятницей» авиакомпаний. «Перевозчики не считают боязнь полета болезнью, — уверен Михаил Смирнов, директор по развитию центра Летаем без страха”. — Мы обращались в большинство российских авиакомпаний и в Минтранс, предлагая взять лечение аэрофобии под свою эгиду, но нам везде вежливо отказали».

Между тем способов лечения аэрофобии много, от гипнотерапии и групповой терапии до приема транквилизаторов. «Кому-то будет достаточно успокоительного, другому подойдет короткая беседа с психологом, который сформирует установку на позитивные следствия полета: летать неприятно, но цель, например отпуск на море, важнее, чем страх», — объясняет Жиляев.

Эффект от присутствия

— …Я хочу знать мнение каждого из вас, — продолжает занятие Алексей Герваш. — В чем проблема: в самолетах или в ваших головах?

— В головах, — нестройным хором отвечают собравшиеся.

— Есть ли кто-нибудь, кто считает, что проблема в состоянии авиации? Только честно?

Аудитория неуверенно молчит.

— Нет, ну самолеты же падают, — робко замечает одна из девушек.

— А русские самолеты вообще хреновые, это факт, — уже увереннее добавляет другая. Остальные облегченно кивают.

Групповой курс в «Летаем без страха» занимает два дня. Первый начинается с диагностики и обсуждения приводящих к аэрофобии психологических причин. Страхи у участников оказываются одни и те же. Все боятся отсутствия контроля за процессом полета, замкнутого пространства и высоты. А кроме того, старых самолетов, нетрезвых летчиков и мучительной смерти при падении с высоты. Поэтому после диагностики Алексей Герваш, в прошлом летчик израильских авиалиний, рассказывает аэрофобам про устройство самолета и меры безопасности.

В последнее время меры для борьбы с аэрофобией в нашей стране начали принимать и на борту. «Навыки работы с пассажирами, подверженными аэрофобии, входят в комплекс подготовки и переподготовки наших бортпроводников. Психологи и медики учат их определять подобных пассажиров и успокаивать их, — рассказывает директор по связям с общественностью авиакомпании Трансаэро” Сергей Быхал. — Кроме того, члены экипажа объясняют, что происходит с самолетом на разных этапах полета».

…На второй день участ­ников семинара отправляют на полноразмерный тренажер Boeing 737. Герваш садится за штурвал, трое испуганных пассажиров размещаются в кабине, видят трехмерное изображение пейзажа за окнами, слышат шум двигателей, чувствуют вибрацию и наклон борта. По словам Герваша, после нескольких таких «рейсов» пассажиры, во-первых, учатся пользоваться физиологическими техниками контроля страха, а во-вторых, убеждаются в безопасности ситуации. «Когда пассажиры видят, что даже во время турбулентности высота самолета остается неизменной и даже с выключенными двигателями он не падает, а благополучно планирует на землю, их стереотипы ломаются, и они начинают воспринимать полет рационально», — объясняет Алексей Герваш.

— Я не летаю 15 лет. Когда дочь была маленькой, я могла уговорить мужа ездить в отпуск на поезде, — в перерыве между занятиями в центре Герваша аэрофобы обедают и обсуждают, почему попали сюда. — Теперь дочь выросла, и они уже вдвоем с мужем уговаривают меня ездить, смотреть мир.

— А мой муж говорит, что полет — это удовольствие, — вмешивается сидящая рядом женщина. — Ему даже в иллюминатор нравится смотреть, представляете?

— Вообще-то я тоже люблю летать, — зачем-то говорю я.

Собеседницы смотрят на меня удивленно и отодвигаются. Я чувствую неловкость, но потом вспоминаю слова Андрея Жиляева, что за 28 лет психологической практики он не встречал случая, когда аэрофобию не удалось бы излечить.



Читайте далее:  http://www.vedomosti.ru/friday/article/2010/10/29/16442#ixzz3E7TEEOoh